Евгений Черных

"А теперь посмотрим, как все было на самом деле"

(конспект)

Каргалинский центр (или просто - Каргалы)... феноменален по множеству своих важных черт. Расположены Каргалы совсем рядом с Оренбургом. Медные минералы проявляются здесь на громаднейшей общей площади в пятьсот(!) квадратных километров. Здесь не менее 30-35 тысяч (!) поверхностных следов древних выработок - устьев шахт и штолен, карьеров, поисковых шурфов - свиваются в несколько гигантских "кустов". Глубинные, подземные выработки - то узкие лазы, то грандиозные полости-залы - протянулись совокупно на сотни(!) километров... В бронзовом веке глубина шахт достигала 40-42 метров. В период эксплуатации Каргалов российскими промышленниками эти проходки углубились до 80-90 метров. Почти все, что мы видим сегодня, - это вздыбленная поверхность земли, которую будто бы когда-то и кто-то бомбардировал из космоса многотонными фугасами. Но перед нашим взором лишь вершина айсберга. Каргалы походят на перевернутый вниз головой город-термитник, где наверх взброшены фундаменты сооружений, а вся опрокинутая конструкция прячется в глубоких недрах спрессованных сотнями миллионов песчаниковых пластов.

 

Начало эксплуатации Каргалов - это конец IV тысячелетия до новой эры, ранний бронзовый век, то есть более пяти тысяч лет назад. Местные племена - подвижные, кочевые скотоводы - открыли эти рудные богатства, и с тех пор началась долгая и во многом загадочная Каргалинская эпопея. Более полутора тысяч лет непрерывной и безумно тяжкой работы в шахтах. Апогей добычи зеленых и синих медных минералов меди - это II тысячелетие до новой эры. Тогда на Каргалах в самых неудобных и на первый взгляд малоприспособленных для обитания местах возникают поселки горняков и металлургов позднебронзового века. Они на вершинах холмов, далеко от воды; там постоянный ледяной, все сковывающий ветер зимой и обжигающий - летом. Единственное удобство для обитателей - это абсолютная близость лазов в шахты: буквально в 20-50 метрах от их жилищ-полуземлянок. Здесь же эти люди обогащают руду, выкалывая из песчаника ценные минералы. Тут же выплавляют медь. Но это степь, и пригодного для топлива леса почти нет. Поэтому они "торгуют" рудой. С запада на Каргалы местные скотоводы гонят тысячи и тысячи голов крупного рогатого скота, а обратно к себе на запад увозят малахит и азурит. Руда движется от степного Урала к Волжскому бассейну, где больше леса и легче с топливом... А затем совершенно внезапно рудник забывают на целых три тысячелетия.

 

...свидетельства первых российских горных промышленников, пришедших на пустынные тогда и полностью забытые Каргалы три тысячи лет спустя - в 1740-х годах. Заново открыв это гигантское рудное поле по бесчисленным следам древних работ, они не скрывали своего безмерного восхищения опытом и умением своих далеких и диковинных предшественников вести горные проходки и находить в недрах залежи рудных минералов. Они недоумевали: даже их лучшие специалисты-маркшейдеры не могли превзойти "чудской горный народец" в этом сложном искусстве. И свои работы на Каргалах предприниматели разворачивали очень просто: ничтоже сумняшеся они стали углублять все древние выработки, полагая, что "чудской народ" лучше них знал свое дело. И так продолжалось до XIX века.

 

Все это очень рационально. Но вот мы, раскапывая поселки древних, также были поражены. Но поражены на сей раз сложным и неразрывным сплетением сугубо рационального, удивительно высокого профессионального знания этого сложного производства с уже совсем иной стороной их многообразной деятельности. Перед нами открылись бесчисленные следы невероятно многообразной магически-обрядовой деятельности. Ограничусь лишь одним примером: древние мастера на поверхности жилого холма отрывают в плотной и вязкой глине сложную систему глубоких - до двух и двух с половиной метров - узких и очень длинных канав-траншей. А потом они же засыпают и плотно утрамбовывают их. Канавы сплетаются в лабиринт. Его сеть удивляет своей причудливостью, но совершенно бессмысленна с рациональной точки зрения. Разгадка нашлась в глубине недр. Мы изучили их глубинные проходки, и только тогда наступила ясность. Поверхностные канавы являлись своеобразным воспроизведением плана иного, но самого главного для них и скрытого в недрах лабиринта - донельзя сложного и запутанного. По сравнению с ним лабиринт Миноса на Крите - детская игрушка. Того лабиринта, от которого, по их мнению, зависела удача и даже жизнь. В надземной сакральной имитации они творили свои магические обряды, умоляя властителей недр послать им удачу. Но какие колоссальные усилия они потратили на это!

РРР: но почему нужно тратить подобные усилия лишь для каких-то "магических" обрядов?.. Когда все остальное весьма рационально, то почему нельзя объяснить рациональностью и эти канавы?.. Это может быть: 1) наземный план (создаваемый подобным образом, дабы уменьшить его "износ во времени"); 2) если наружные ямы проходят прямо над подземными выработками, то не могли ли они быть специальным гидротехническим приспособлением для улучшения условий в выработках?..

 

...полагали, что открытие металла сразу повело к резкому повышению производительности труда, ведь был открыт новый, более эффективный материал для орудий труда. Увы! Львиная доля меди и бронз почти сразу ушла на производство символов и оружия. Мы просчитали на громадном материале: в лучшем случае орудиями труда служили не более 10-15 процентов всех металлических изделий. Все остальные - это украшения, оружие или же специально готовившийся погребальный инвентарь - своеобразная визитная карточка покойника для его путешествия в тот мир...

РРР: оружие – еще понятно, но в целом – зачем так надрываться?..

 

Многие полагали, что достаточно было открыть новую технологию, как она легко и свободно охватывала мир, вытесняя старые и примитивные технологии. Ничего подобного. Распространение это почти всегда сопровождалось болью и кровью, тяжкими трудами. Каргалинский пример: гигантские рудники работают, добытая руда отправляется за сотни километров на запад, металл в европейских культурах уже давно в ходу и обычен. Параллельно этому к востоку от Урала царит традиционный неолит. Там если медь и встречается, то как хрупкий раритет. Полторы тысячи лет металлопроизводящие сообщества отделены от культур каменного века барьером невидимым, но неодолимым. А живут - бок о бок. Это ведь тоже из разряда иррационального в культуре.

РРР: очень любопытный и значительный факт...

 

...так или иначе, примерно 15-12 тысяч лет назад завершился первый, очень долгий - более чем двухмиллионнолетний - цикл. И расселившиеся по всей планете человеческие сообщества отличались тогда весьма сходными и на первый взгляд как бы унифицированными технологиями. По крайней мере, они выглядят так, и только специалисты в состоянии улавливать детали различий их культур. А приблизительно 12-10 тысяч лет назад начался второй цикл. Начало его ознаменовалось взаимной изоляцией двух основных групп культур - восточного и западного полушарий.

РРР: "унификация" - серьезный фактор...

 

Первые рывки свершили отдельные общины Малой Азии и Ближнего Востока. Примерно в IX-VIII тысячелетии до новой эры на монотонной карте конца древнекаменного века появились точечные прорывы: Иерихон в Леванте с его каменными стенами и гипсовыми раскрашенными масками на черепах, Чайоню-тепеси на востоке Анатолии, где археологи вскрыли сложные каменные фундаменты великолепных сооружений и где собрали больше сотни образцов меди и - среди них - первые металлические орудия. Несколько позднее возник глинобитный "неолитический" город-улей Чатал-хюйюк на юге Малой Азии: здесь наряду с металлом сильнее всего поражали бесконечные цветные фрески на стенах и диковинные раскрашенные скульптуры в хижинах. Тогда же в этих регионах зарождались принципиально новые технологии в производстве пищи - земледелии и животноводстве. Человек делал первые шаги в управлении природой.

Однако тогда вспыхнули лишь "точечные" взрывы. Блистательная культура этих одиноких "пионеров" сгорала, не давая отчетливых наследников. Обширные зоны сходных культур с передовой технологией начали формироваться позднее: примерно с VI тысячелетия до новой эры.

А приблизительно семь тысяч лет назад произошло событие, сыгравшее для культур Евразийского континента роль особую: наступила реальная Эра Металла. Тогда на севере Балкан и в Карпатах возникает удивительное по мощности горно-металлургическое производство. Тысячи золотых украшений из некрополя в Варне и громады меднорудных выработок Аи Бунара в Южной Болгарии поразят по их открытии научный мир.

Самый грандиозный территориальный скачок - его удобно показывать на карте - был свершен в начале и середине II тысячелетия до новой эры (тогда производство на Каргалах достигло своего наивысшего пика). Это совпало в Евразии с поздним бронзовым веком. Но затем произошло нечто непонятное в своей парадоксальности. Круг остановился или почти остановился. И это при том, что вскоре последовало еще одно наиболее значимое для человечества достижение: люди освоили железо. Железоделательное производство в три, максимум четыре столетия (VIII-V века до новой эры) стремительно прокатилось по всем культурам нашего внезапно застывшего евразийского круга. Но этот технологический взрыв не спровоцировал обычного до той поры пространственного рывка. Территориальная стагнация продолжалась примерно три тысячелетия.

 

Мезо- и южноамериканские цивилизации достигли высочайших вершин в области строительства каменных храмов-пирамид, искусства, информатики. Население их городов исчислялось сотнями тысяч. Им были ведомы металлы - медь и ее сплавы, золото. И тут же, к примеру, раскопки великолепных царских усыпальниц в Сипане (Перу), сооруженных за полторы тысячи лет до Колумба, вскрыли потрясающее, едва ли не бесчисленное количество медных и золотых вещей, покрывавших тела погребенных вельмож. Но среди металла нет ни одного орудия, ни одного типа оружия. Только украшения и культовые предметы, предназначенные исключительно для потустороннего мира. Абсолютная иррациональность культуры (по меньшей мере в металлургии), на фоне которой аналогичная иррациональность евразийских сообществ кажется просто мало заметной.

"ЗНАНИЕ-СИЛА" N 3, 2000 г.

 

Rambler's Top100