Другие работы автора

А.Скляров

Вавилонская башня - рекордсмен долгостроя

* * *

начало продолжение окончание

* * *

Последствия смены базового принципа письменности

В реальной жизни очень нередко какая-либо "мелочь" оказывается способной приводить к глобальным последствиям. И очень редко какое-либо действие приводит лишь к единственному последствию; наоборот, - довольно часто всего один поступок вызывает целый каскад последствий в самых разнообразных сферах. И изменение базового принципа письменности в данном случае оказывается именно такой причиной, которая приводит к очень далеко идущим многоплановым последствиям... Но - по порядку...

Что прежде всего влечет за собой фонетическая основа письменности?.. А влечет она за собой сильнейшую привязку именно к устному разговорному языку!

Отсюда вытекает сразу же следующее: с переходом от смыслового наполнения символов к их фонетическому наполнению письменность каждого народа начинает изменяться вместе с самим языком. А ранее мы уже упоминали такое свойство языка как сильнейшая изменчивость. То есть, тут же начинается быстрое размежевание и письменности разных народов!.. Люди перестают понимать друг друга!.. А следовательно, становятся неспособными на совместные скоординированные действия! Это - первое непосредственное последствие!

Можно в этой связи вспомнить как то, что обеспечение коммуникации и скоординированности деятельности - одна из главных задач письменности, так и то, что для строительства даже обыкновенной башни нужна такая координация деятельности...

Насколько быстро можно добиться подобного эффекта?.. Насколько быстро можно изменить систему письменности?.. Вот конкретный исторический пример:

"Есть народы, пользующиеся одной и той же письменностью несколько тысячелетий, но, например, азербайджанцы и узбеки меняют систему письма в течение столетия уже третий раз" (В.Алпатов, "Факторы, влияющие на выбор системы письма").

Но дело не ограничивается односторонним влиянием языка на письменность, имеет место и обратное влияние.

"Между разными системами письма, разумеется, есть различия. Особенно они велики между иероглифическим и алфавитным письмом. Поэтому если язык переходит с иероглифики (в современном мире - только китайской) на алфавит (что сравнительно недавно произошло во Вьетнаме, в Северной и не полностью в Южной Корее), то в языке неизбежно происходит значительная перестройка" (там же).

То есть с введением фонетической основы письменности система "язык-письменность" приобретает, говоря техническим языком, положительную обратную связь. Используя же более употребительные термины, можно сказать, что изменение языка стимулирует изменение письменности, которое, в свою очередь, стимулирует изменение самого языка. Как следует из законов теории систем, и как это следует из обычной житейской логики, процесс изменения системы "язык-письменность" приобретает самоускоряющийся характер. То есть ускоряющийся характер приобретает и процесс увеличения различий между разными языками.

 

Но вот какую любопытную закономерность подметили исследователи:

"Люди, которые используют языки с очень разными грамматиками, вследствие этих грамматик приходят к типически различным наблюдениям и оценкам внешне сходных наблюдений. Поэтому, как наблюдатели, они не эквивалентны друг другу, а приходят к различным взглядам на мир" (Whorf)

"Гипотеза Сепира-Уорфа, по аналогии с физическим принципом относительности, может быть названа лингвистическим принципом относительности. В соответствии с ним, каждый язык содержит определенный взгляд на мир, который не только влияет на наблюдения говорящего, но определяет его познавательные возможности вообще, например, структуру его науки..." (Henle in Henle).

То есть, народы, потерявшие единство письменности и языка начинают и по разному мыслить!.. Ясно, что о легком достижении каких-либо скоординированных действий людей с разным мировоззрением, с самим стилем мышления, и говорить не приходится.

Вот и второе последствие: боги-победители не только лишают людей возможности к совместным действиям (в которых видят угрозу для себя) в конкретный момент времени, но и обеспечивают себе определенные гарантии по предотвращению возможности таких скоординированных действий в обозримом будущем.

Далее - еще одно длинное, но необходимое цитирование:

"Как возникли народы? Кто считает этот вопрос излишним, должен был бы выставить такое положение: народы существуют испокон века. Или же иное: народы возникают сами собою. На первое вряд ли кто отважится. А утверждать, что народы возникают сами собою, можно попробовать: пусть они возникают вследствие постоянного умножения человеческих родов, вследствие чего они вообще населяют все большее пространство, а, кроме того, генеалогические линии все более расходятся между собой. Однако все это вело бы к возникновению колен, а не народов. Можно было бы сказать так: сильно разросшиеся колена принуждены разделиться и поселиться на удаленных друг от друга местах, по мере чего они отвыкают друг от друга. Однако и от этого они еще не делаются разными народами, если только иные привходящие моменты не превратят каждый такой осколок племени в народ, ведь колена еще не превращаются в народы от одного внешнего размежевания. Убедительнейший пример - огромные расстояния, разделяющие арабов Запада и Востока. Отделенные от соплеменников морями, арабы в Африке, за вычетом немногих нюансов общего языка и общих нравов, и сегодня остаются теми же, что и их соплеменники в Аравийской пустыне. И наоборот: единство племени не препятствует его разобщению и складыванию отдельных народов - в доказательство того, что здесь должен привходить независимый, отличный от происхождения момент, чтобы возник народ...

Внутреннее и в силу этого необратимое, непререкаемое разделение народов не может быть произведено ни чисто внешними, ни чисто природными событиями, как можно думать поначалу. Извержения, землетрясения, повышение и понижение уровня моря, разрывы земной поверхности, сколь бы катастрофическими мы их ни представляли, повлекли бы за собой разделение на однородные, а не на неоднородные части. Итак, в любом случае должны быть внутренние, возникающие в самом гомогенном человечестве причины, чтобы человечество распалось, чтобы оно начало разлагаться на неоднородные, исключающие друг друга части...

Мы сейчас в самом общем виде выразили то, что причина должна быть духовной, и можем лишь изумляться тому, что столь очевидное не было понято сразу же. Ибо различных народов нельзя и помыслить без различия языков, а язык - это нечто духовное. Коль скоро ни одно из внешних различий (к числу которых относится и язык одной своей стороной) не разделяет народы так, как язык, и коль скоро по-настоящему разобщены лишь народы, говорящие на разных языках, то возникновение языков неотделимо от возникновения народов. И если народы не различались с самого начала, а возникли лишь позднее, то это же надо сказать и о различии языков. Если было время, когда не было народов, то было и такое, когда не было различных языков, и если мы неизбежно должны предпосылать разделенному на народы человечеству человечество неразделенное, то столь же неизбежно и другое - чтобы разобщающим народы языкам предшествовал общий для всего человечества язык. О таких положениях обычно совсем не думают или же вообще налагают запрет на подобные мысли, пользуясь средствами критики бесплодно-глубокомысленной, изнуряющей и лишающей мужества ум (такая критика чувствует себя как дома в некоторых местах нашего отечества), а между тем стоит их только высказать, как их придется безоговорочно признать, и не менее неопровержимо следствие их: возникновению народов уже потому, что оно непременно влекло за собой разобщение языков, должен был предшествовать духовный кризис внутри человечества. Вот тут мы и сходимся с древнейшим документом человеческого рода, с книгами Моисея, к которым многие лишь потому чувствуют в себе такую антипатию, что не знают, что с ними делать, как их понимать, как ими пользоваться.

А именно, Книга Бытия (гл. 11) связывает возникновение народов с возникновением различных языков, однако так, что смешение языков принимается за причину, возникновение народов - за следствие. Потому что цель рассказа - не только объяснить различие языков, как пытаются представить те, кто считает его придуманной ради этого мифической философемой. Да и рассказ этот не просто выдумка, он, напротив, почерпнут в реальной памяти, сохраненной отчасти и другими народами; это реминисценция, относящаяся к мифическому времени, но тем не менее к действительному событию; ведь те, кто без промедления принимает за поэзию рассказ, берущий начало в мифической эпохе и при мифических обстоятельствах, вовсе не думают о том, что та эпоха и те обстоятельства, какие мы привыкли называть мифическими, были же вместе с тем и реальными! Этот же миф (как следует именовать этот рассказ по языку и по сути дела, но только отвлекаясь от указанного ложного понимания) наделен ценностью реального предания, причем конечно же разумеется само собою, что мы оставляем за собой право различать суть дела и то, как видит все со своей позиции рассказчик. К примеру, для него возникновение народов - это несчастье, бедствие и даже кара. Кроме того, мы должны простить ему и то, что у него все это событие - вероятно, весьма внезапное, но с последствиями, какие заполнили собою целую эпоху, - совершается в один день.

Однако именно в том, что для него возникновение народов - это событие значит нечто такое, что не происходит само собой, без причины, именно в том заключается истина рассказа, противоречащего мнению, будто тут нечего объяснять, будто народы незаметно возникают сами по себе, от долгого времени и естественным путем. Для повествователя это неожиданно разразившееся событие, оно непостижимо для человечества, которое затронуто им, а тогда не удивительно уже и то, что событие это оставило столь глубокое, долго не проходившее впечатление, так что и в историческое время о нем все еще помнили. Возникновение народов - это для старинного повествователя суд Божий, а потому на деле то, что мы назвали кризисом" (Ф.Шеллинг, "Историко-критическое введение в философию мифологии").

Таким образом, как следует из длинного цитирования, процесс размежевания языков резко стимулирует размежевание и народов в целом. Китай же, сохраняя единство своей нации на протяжении тысячелетий, демонстрирует нам, что гораздо более важным в данном случае оказывается единство именно письменности, а не разговорного языка.

"В одном Китае 50 национальностей, а в китайском языке по разным теориям от 10 до 17 диалектных групп (по несколько диалектов в каждой). Каждый из диалектов отличается от диалектов других групп настолько, что его нужно учить специально, как русским - учить болгарский. Более того, современная литературная норма китайского языка настолько отличается от диалектов, что всем китайцам приходится учить китайский же как иностранный.

Какая же сила удерживала столько веков всю эту разношерстицу не просто в единстве, а в неразрывном единстве? В Юго-Восточной Азии и на Дальнем Востоке единственной силой, цементирующей общество, с древних времен была грамота. Обычная китайская грамота. Та самая, которая западному человеку, мягко говоря, непонятна.

Удерживала эта сила не только народы, говорившие на "китайском" языке, но и народы абсолютно разных культур. Китай с древности был мощнейшим центром распространения культуры на Дальнем Востоке. Во всех отношениях стоя на ступень выше в развитии по сравнению с соседними племенами, он казался для всех аппетитным объектом завоеваний. Редкое племя, случайно или не случайно выдвигавшееся среди сородичей, не завоевывало Китай. Гунны, кидани, тангуты, чжурчжени, монголы, маньчжуры - большинства и след давно простыл. От киданей, тангутов и чжурчженей осталась только иероглифическая письменность, та, которую они создали по образу и подобию китайской. Конечно же, мелкие племена завоевывали огромную страну не ради приобщения к тайнам китайской грамоты, но факт остается фактом - она остается по ту сторону всех стремлений постичь ее".

С переходом к фонетическому письму человечество быстро "рассыпается" на отдельные народы. И если для периода неолита отмечается сильное сходство разных культур, то с III тысячелетия до н.э. и до наших дней мы вынуждены констатировать сильнейшую культурную пестроту разных народов.

Это - третье последствие, с которым связано неразрывно и четвертое: создаются благодатные условия для господства принципа "разделяй и властвуй" (а что еще нужно богам, стремящимся именно к власти над людьми, а не к партнерству?).

Любопытно, что даже библейский вариант мифа сохранил отголоски стремления человечества воспротивиться такому ходу событий и сохранить свою прежнюю целостность.

"Они намерены "сделать себе имя". Это обычно значит - прославиться. Однако говорящая здесь толпа не может же думать о том, чтобы (как, однако, надо было бы переводить согласно словоупотреблению) прославиться, ведь у нее нет еще "имени", т. е. она не стала еще народом; так и человек не может, как говорится, "сделать себе имя", пока у него нет его, нет имени. Итак, по самой сути дела это выражение надо понимать здесь в его непосредственном значении, следствием которого и выступает иное, обычное ("прославиться"). Итак, в согласии с речами самих же этих людей они до той поры были человечеством без имени, имя же отличает от иных, обособляет, а вместе с тем и удерживает в целости как индивида, так и народ. Следовательно, слова "сделаем себе имя" значат "станем народом"; они называют и причину - чтобы не рассеяться по всей земле. Значит, подвигает их на это предприятие страх, что они рассеются, что они не будут уже составлять целое, а окончательно распадутся. О прочных обиталищах думают лишь тогда, когда человечество стоит перед опасностью совершенно потеряться и раствориться, однако с первым укрепленным городом начинается процесс обособления, т. е. отталкивания, отделения друг от друга: вавилонская башня, которая должна была предотвратить окончательное рассеяние, становится началом разделения народов и поводом к нему" (Ф.Шеллинг, "Историко-критическое введение в философию мифологии").

Увы!.. Как поется в рок-опере "Юнона и Авось": за попытку - спасибо, но затея не удалась...

Пятое последствие, - весьма немаловажное для богов-победителей, богов "второй волны". По ходу изменения языков люди отдаляются не только друг от друга (по языкам и как народы в целом), но и от языка богов!.. Язык богов неизбежно забывается, так как не получает "подкрепления". А вместе с ним теряются и знания, ранее переданные людям богами-цивилизаторами. Новых знаний богов люди не получают, ведь боги-цивилизаторы побеждены, а боги "второй волны" в передаче знаний людям не заинтересованы (их интересы, пожалуй, прямо противоположны). Таким образом, переход к фонетической основе письменности позволяет богам-победителям обеспечить себя и определенными гарантиями от посягательств на их знание со стороны людей. И дело здесь вовсе не в том, что люди, по версии Ситчина, будто бы пытались построить не башню, а "шем" - космический летательный аппарат. Такое простое сужение проблемы весьма сомнительно. Речь все-таки должна идти о целом комплексе знаний (хотя, конечно, не исключен вариант, что в нем был какой-то "ключевой момент", познание которого людьми боги "второй волны" считали невозможным допустить ни в коем случае).

Несколько попутных соображений, с этим связанных.

Во-первых, хотя смена базовой основы письменности и создает некое подобие "механизма", автоматически приводящего к вышеуказанным последствиям, вряд ли дело ограничилось одним "автоматизмом". Весьма вероятно, что было еще и принудительное воздействие богов на людей.

Прежде всего, новая система письменности не "взялась с потолка", а была дана богами-победителями. Это вполне подтверждается данными мифологии в разных вариантах: боги либо "смешивают языки" людей в наказание за какой-то проступок (как это происходит в Старом Свете), либо просто "дают народам разные языки" и повелевают разойтись по разным регионам (как это описано в южноамериканских мифах).

Любопытно, что это объясняет и "странности" языков у некоторых народов, необъяснимые с позиций естественной лингвистической эволюции.

"В 80-е годы боливийский специалист по вычислительной технике Иван Гусман де Рохас случайно обнаружил, что аймарский язык не только очень древний, но и "придуманный" - он сознательно и искусно сконструирован. С этой точки зрения наиболее примечателен синтаксис, который имеет настолько "жесткую" структуру и настолько однозначен, что это было бы просто невероятно для нормального "органического" языка. Эта синтетическая и высокоорганизованная структура означает, что аймарский язык легко может быть преобразован в компьютерный алгоритм для машинного перевода. "Аймарский алгоритм используется в качестве переходного языка-моста. Оригинал переводится на аймарский язык, а с того переводится на другие языки"" (Г.Хэнкок, "Следы богов").

"...работа с древнеиндийскими текстами очень затруднена тем обстоятельством, что лишь небольшое число произведений можно хотя бы приблизительно датировать. Язык большинства из них, санскрит, отличается строго нормализованной грамматикой и не развивался как разговорный" (Д.Збавитель).

И кроме того, вполне мог быть задействован запретительный механизм на использование предыдущей письменности. В преданиях и традициях явно сохранились отголоски такого запретительного механизма: всякая попытка проникнуть в знание богов провозглашается одним из самых "страшных прегрешений", которые богами нещадно караются. Целые отрасли знаний оказались под запретом, от чего до нас дошло (явно уже сильнейшим образом трансформированное) негативное отношение не только к "колдовству" и "магии", но и к попыткам "постичь тайны древних знаков".

Кстати, более-менее внятные отголоски введения соответствующих запретов со стороны богов-победителей сохранились в западном полушарии.

Ранее уже упоминалось о забытой письменности древних инков. Современные историки иногда выдвигают версию, что запрет (именно запрет!) на использование письменности и уничтожение письменных артефактов явились результатом соперничества двух жреческих кланов. Однако, следуя логике статьи, мы вполне вправе предположить, что в соответствующих преданиях речь идет о противостоянии не жречества, а именно богов (впрочем, и жрецы противоборствующих сторон неизбежно должны были противоборствовать между собой)!..

Есть в западном полушарии и еще некоторые "странности". Так, скажем, долгое время считалось, что индейцы были незнакомы с колесом. Однако их знаменитый календарь основан на использовании принципа... двух взаимодействующих шестеренок, которые представляют из себя не что иное как "колеса"!!!

"Таблицы Дрезденского кодекса должны были дать жрецам не только информацию о будущих затмениях, но и о том, как соотнести их с 260-дневным календарем "тцолкин". Говоря кратко, они составляли свои таблицы из расчета на 11958 дней, что почти точно соответствует 46 года "тцолкин" (11960 дней). Это полностью соответствует 405 лунным месяцам (также 11960 дням). Авторами таблиц были также составлены дополнения, корректирующие их основные данные, что обеспечивало их точность до одного дня в течение 4500 лет. Это - удивительное достижение.

Однако гораздо более удивительна система, лежащая в основе этого календаря. "Тцолкин" основан на сочетании 20 наименований месяцев с цифрами от 1 до 13. Но счет ведется не последовательно, как в нашем григорианском календаре с месяцами в 30 и 31 день. Здесь основа совсем иная. Чтобы понять это, попытаемся представить, что, например, каждой цифре соответствует название определенного месяца. Мы, как обычно, начинаем с 1 января, но потом вместо 2 января должно идти 2 февраля, потом - 3 марта, и так до 12 декабря, а потом - 13 января. Полный цикл, в таком случае, составит 156 дней (12х13), после чего счет начнется снова, как бы с 1 января. Последним днем из 260 будет, таким образом, 13 ахау, после чего в следующем цикле снова будет первым Имикс. Таким образом, каждый цикл представляет собой полный круг".

Понять подобную систему счета гораздо проще, если представить ее в виде, показанном на рис.: вращение двух сцепленных зубчатых колес как раз и дает данную последовательность смены календарных дней. Но... Майя не знали колеса!!! И возникает вопрос: каким образом культура, не знающая колеса, создала календарь, основанный на том самом незнакомом ей колесе?!.

Более того, на американском континенте найдены древние детские игрушки... на колесиках!!!

Как же могло получиться, что будучи все-таки знакомы (!) с колесом, индейцы не использовали на практике его преимущества?!. Официальная точка зрения заключается в том, что в западном полушарии не было тягловых животных. Но ведь если можно было использовать лам в качестве вьючных животных, то почему их было нельзя запрячь?.. И, на худой конец, почему не запрячь в легкую повозку людей, которые все равно таскали грузы на себе?.. Были бы хотя бы рикши... Несуразность?.. Да. Особенно если вспомнить, что в Южной Америке обнаружены мощеные дороги протяженностью в многие тысячи километров!..

Другой показательной "странностью" является тот факт, что при весьма развитой цветной металлургии индейцы почти не использовали металлы в практических "бытовых" целях! Многие народы вообще пускали металлы лишь на украшения и подношения богам...

Не знаю, как у читателя, но у автора давно уже сложилось устойчивое впечатление, что все эти американские "странности" являются непосредственным результатом запрета со стороны богов-победителей на использование индейцами знаний, полученных от побежденных богов "первой волны". Конечно, все это настолько сильно сдвигает вглубь времен всю американскую историю (ведь "войну богов" мы датируем IV тысячелетием до н.э.), что академическая наука и слышать об этом не захочет. Впрочем, она не захочет ничего слышать и о реальности самих "богов"... Но это - ее проблемы...

 

Вернемся к нашим "попутным соображениям".

Во-вторых, "отлучение" людей от знания богов после их (богов) "разборок" между собой неизбежно должно было привести к постепенной потере этих знаний. Это мы и наблюдаем в том "странном" довольно широко известном факте деградации "достижений" в некоторых отраслях знания. Факте, весьма "неудобном" для академической истории с доминирующей в ней теорией поступательного прогресса человечества. Вместо постепенного накопления знаний в таких областях как математика и астрономия (а также в связанном с астрономией развитии календаря) мы имеем "взявшиеся неизвестно откуда в целостном виде" и постепенно деградирующие системы. Этот процесс отмечается практически во всех древних культурах в той части нашего знания о них, которым имеется фактическое подтверждение. Так, скажем, календарь сапотеков и тольтеков, пришедших на смену майя, значительно упрощен (и менее точен) по сравнению с календарем их предшественников; а в Междуречье наблюдается упрощение применяемых на практике математических приемов (в то время как наиболее древний календарь майя демонстрирует высочайшую точность; а древние жители Междуречья явно лишь заучивали наизусть готовые математические методы и приемы, за которыми современные исследователи находят непонятную, но стройную логическую систему). При этом, все выводы и заключения о якобы "постепенном накоплении" знаний в этих областях предыдущими поколениями до сих пор не имеют ни одного (!) "овеществленного" подтверждения и являются, по сути, лишь теоретическими домыслами.

Заметим, что процесс деградации охватывает именно те сферы "человеческих" (или все-таки нечеловеческих?) знаний, которые не имеют прямого отношения к "бытовой" стороне существования в роли слуг богов...

В-третьих, следующее попутное соображение.

Вполне закономерен вопрос: могла ли вообще пиктографо-иероглифическая письменность, которая здесь фигурирует в роли "единой письменности человечества", быть письменностью самих богов?.. Не просто письменностью, которую они дали людям, придумав для них специально; а письменностью, которой пользовались сами между собой и с помощью которой фиксировали достижения собственного познания мира. Может ли "примитивная" (как ее представляет официальная история) пиктографо-ироглифическая письменность быть атрибутом высокоразвитой цивилизации (представителями которой автор считает "богов" древней мифологии)?.. А почему бы и нет!?.

Ранее мы уже анализировали т.н. "преимущества" современной алфавитной системы письменности, и, надеюсь, показали что реальных преимуществ в ней просто нет. И к этому мы еще вернемся. Здесь же обратим внимание на некоторые "сомнительные" косвенные свидетельства, на обоснованности которых автор не будет останавливаться и даже не будет настаивать. Так - необузданный полет ассоциаций...

По одной из версий китайских мифов о происхождении письменности, Фу Си сотворил письменные знаки по образу необыкновенных рисунков и начертаний, которые он увидел однажды на спине крылатого дракона, показавшегося из реки Хуанхэ. "На спине крылатого дракона" - чем не НЛО...

И некоторые "оптимистические настроенные" исследователи видят в "драконах" древности именно инопланетные летательные аппараты. (Замечу мимоходом, что в целом поддерживаю как эту гипотезу, так и гипотезу о инопланетном происхождении древних "богов".)

Косвенно данная тема пересекается с одним наблюдением, которое мелькает то тут, то там среди заядлых уфологов (исследователей НЛО). Имеется в виду то, что НЛО демонстрируют явную "тягу" к пиктограммам и иероглифам. Скажем, "сомнительные" обломки розуэльского НЛО содержат значки именно пиктографо-иероглифического (а не алфавитного!) характера. Также среди "очевидцев", утверждающих, что они видели НЛО или даже побывали внутри них, нет никого, кто бы упоминал о каких-то "буквенных" надписях. Наоборот, все дружно утверждают, что знаки, которые они "видели, являются пиктограммами или иероглифами, чем-то похожими на египетские иероглифы!..

"Большинство исследователей таинственных надписей обращают внимание на сходство использованных в них символов с буквами или символами самых древних народов Земли. Некоторые из этих исследователей, следуя примеру таких уфологов, как Эрих фон Деникен и Захария Ситчин, высказывают предположение, что вообще вся земная письменность берет свое начало от письменности инопланетян, посещавших Землю еще в очень древние времена".

Тем же сходством с пиктограммами отличаются таинственные "следы на полях", оставляемые (по популярной версии) теми же самыми НЛО. Среди этих "следов" до сих пор не замечено ни одной "надписи", хоть сколь-нибудь напоминающей алфавитное письмо (за исключением тех, которые специально творят уже многочисленные группы "фальсификаторов", о чем они через некоторое время сообщают)...

Автор понимает, что подобные аргументы не могут рассматриваться в качестве серьезной доказательной базы. Однако, как говорится: на безрыбье и рак может сойти за осетра...

В-четвертых, еще одно попутное соображение, возвращающее нас к непосредственной теме статьи (если эта тема еще вообще прослеживается).

Борьба на уничтожение между двумя идеологиями, как известно, не заканчивается даже с полным физическим истреблением активного противника. После этого продолжается "борьба за умы". Победитель стремится стереть любую память очевидцев и случайных свидетелей о чем-либо положительном, связанном с поверженным противником. И здесь идут в ход все способы: от очернения этого противника и его идеологии до полного переписывания истории. Нам это, к сожалению, весьма знакомо и по нашей недавней истории...

"Джордж Оруэлл в своей книге "1984" предсказывал такое время, когда "Министерство Правды" будет переписывать все книги и переделывать все идеи, подгоняя их под требования властей. Однако ужас заключается в том, что это - не будущее. Это уже произошло давным-давно почти во всем древнем мире. На Среднем Востоке, сначала в Месопотамии и Ханаане, а позже в Иудее и в Израиле, переделкой священных преданий наряду с переписыванием законов занимались в основном священники. Как и в Древней Европе, этот процесс начался во время первых "андрократических" вторжений и продолжался сотни лет, по мере того как Египет, Шумер и все страны Плодородного Полумесяца постепенно становились "мужскими" и воинственными. Установлено, что он продолжался вплоть до 400-х годов до н.э., когда, по данным ученых, была переписана еврейская Библия (Ветхий Завет)" (Р.Айслер, "Чаша и клинок").

Для тех, кто не знаком с работой, из которой приведена цитата, автор считает необходимым уточнить следующее: будучи воинствующей феминисткой, Айслер сводит события IV тысячелетия до н.э. к последствиям противостояния полов. Отсюда и появляются некие "андократические вторжения". Если же абстрагироваться от этого ее недостатка, то нельзя не согласиться с основной идеей цитаты. Тем же, кто способен спокойно относиться к вопросу взаимоотношения полов (а тем более ратует за их равноправие на деле), автор рекомендует ознакомиться с этой работой Айслер подробней, - в ней очень неплохо освещена история Древней Европы, чему автор в статье не мог уделить достаточно места и времени...

Развивая мысль приведенной цитаты, мы можем сказать: после победы богов "второй волны" началась "тотальная промывка мозгов" оставшемуся в живых человечеству.

Об одном аспекте этой "промывки мозгов" мы уже упоминали ранее: это - развязывание мощнейшей идеологической кампании под названием "борьба сил добра над силами зла". Пожалуй, наиболее яркий след от этой кампании остался в дошедших до нас зороастрийских мифах, время появления которых занимает как раз промежуточное положение между "войной богов" и последней редакцией Ветхого Завета, упоминаемой Айслер. Собственно, целиком и полностью вся доктрина зороастризма сводится именно к этой "борьбе добра со злом". Но вот, что любопытно: в зороастрийских мифах письменность не дают людям "добрые" боги (как это должно было бы быть, согласно обычной "житейской" логике).

В преданиях "Яшт" и "Меног-и Храт" описывается, как "доблестный царь Тахма-Урупи" долго бился с самим "Духом Зла - Ангхро-Майнью":

"...Тахма-Урупи победил! Он заставил поверженного противника принять облик черной лошади, оседлал его и тридцать зим разъезжал верхом на нем из края в край земли... Наконец, отчаявшись, Ангхро-Майнью поведал царю тайну, которую он до сих пор тщательней всего берег и скрывал от людей - тайну письменности: он открыл Тахма-Урупи семь видов письма. Он надеялся, что теперь царь смилостивится и отпустит его. Но Тахма-Урупи взмахнул рукой - и просвистела в воздухе плеть, настегивая черного коня. А тайну письменности и все другие секреты, которые доблестный властитель вырвал у друджей, он сразу передал людям - бесценный дар праведного владыки, благословленного Маздой! Искусства, науки и ремесла расцвели по всем семи каршварам" (И.Рак, "Мифы Древнего и средневекового Ирана").

Как отмечает сам составитель сборника, на число семь не стоит обращать внимания, так как в зороастрийских легендах семь - просто "сакральное число", которое, не неся смысловой нагрузки, вставляется куда ни попадя (даже в приведенном отрывке оно встречается уже дважды). Оставим также в стороне далекое от гуманности поведение главного героя, - зороастризм вообще славится воспеванием таких "добродетелей" людей как жестокость, ложь и коварство, если они используются в борьбе против "зла". Нам более важна суть данного мифа: люди силой вырывают у божества тайну письменности, причем у "злого" божества!..

Очень похоже на то, что мозги еще не были до конца промыты, и еще жива была память о том, кто все-таки "изобрел" письменность. Но образ самого процесса перехода "секрета" письменности от богов к людям, как видите, уже претерпел кардинальное видоизменение...

К моменту же последней редакции Ветхого Завета идеологическая промывка мозгов уже дала себя знать: на данном вопросе вовсе не было необходимости заострять внимание. Ветхий Завет вообще не упоминает "божественного" происхождения письма.

"В эпоху Давида уже прочно существует письменность, о которой прежде есть лишь туманные, ненадежные сведения. Софер (писец) и мазкир (дееписатель, историограф) предполагают существование письма. Некоторые отрывки Второй книги Царств несомненно восходят к записям Иосафата бен-Ахилуда, Давидова мазкира" (Э.Менделевич, "Предания и мифы Ветхого Завета").

Более того, непосредственно в самом мифе о Вавилонской башне громадный промежуток времени (по нашим вышеприведенным оценкам, не менее 5 тысяч лет) сжат до весьма кратковременного одноразового действия - строительства башни...

Нашим представителям академической науки, склонным замалчивать "неудобные" факты, еще учиться и учиться такой эффективности сокрытия...

И наконец, в-пятых, далеко не однозначное и не во всем бесспорное попутное соображение.

Дело в том, что различие пиктографо-иероглифической письменности на смысловой основе и письменности иероглифо-алфавитной на фонетической основе не ограничивается простым отличием базового принципа построения. Казалось бы: подумаешь, - чуть по другому компануем между собой черточки, точки и закорючки... Ан нет!.. Как написание, так и чтение (т.е. распознавание смысла написанного) в данном случае, как выясняется, связано с двумя принципиально разными принципами функционирования психики человека!..

 

Фонетическая основа письменности требует включения прежде всего того механизма мышления, которое связано с т.н. "линейной логикой", и устное слово (даже если мы пишем или читаем молча, мы все равно как бы "произносим вслух про себя" прописываемое или читаемое!) в этом случае требует операций анализа (разложения на составные звуки) и синтеза (восстановление смыслового единства последовательности звуков).

Совсем иначе дело обстоит с пиктограммами и иероглифами, построенными на смысловой базовой основе. Каждый символ здесь уже несет в себе некий образ (смысл), и поэтому от человека требуется задействование прежде всего образного мышления, логика которого "нелинейна" и "неаналитична", а "синтетично-ассоциативна". Принципиально иной подход!..

У человека за эти два типа мышления отвечают даже два разных полушария мозга!

"...анализ речевых звуков, а также их синтез, формирование из них отдельных слов и целых предложений сосредоточены в левом полушарии. Анализируя и синтезируя речь, оно опирается на грамматические правила и на грамматическую информацию. Таким образом, в конечном итоге оно является устройством для абстрактного логического мышления. В нем хранятся логические программы, используемые нашим мышлением.

Однако любой логический анализ кодированной информации лишен всякого смысла, если нет возможности расшифровать ее значение. Без участия правого полушария этого сделать нельзя, так как значения слов известны лишь ему. Образные конкретные представления о предметах и явлениях окружающего нас мира, хранящиеся в правом полушарии, как-то соединены с их словесными обозначениями, хранящимися в левом" (Б.Сергеев, "Ум хорошо...").

"Правое полушарие заведует и другой речевой функцией - эмоционально-интонационной окраской нашей речи, придавая ей однозначный смысл, соответствующий текущей ситуации. Интонации ограничивают излишнюю избыточность речи, придавая ей конкретный смысл, и тем самым исключают неправильную интерпретацию содержащейся в ней информации.

Наконец, правое полушарие полностью обслуживает мыслительные функции и обеспечивает возможность коммуникации на доречевом уровне. Серьезно облегчающие общение жесты, которыми ребенок овладевает в раннем детстве, и жестовая речь глухонемых находятся в ведении правого полушария, точно так же, как пиктографическая и иероглифическая письменность. В общем, любая форма общения, основанная на обозначении отдельных понятий определенными знаками, использование которых не требует выработки сколько-нибудь сложных грамматических правил, будет осуществляться правым полушарием. Эти способности у правшей не нарушаются даже при самых обширных поражениях левого полушария" (там же).

Можно здесь отметить явную связь с тем фактом, что в китайской письменности "почему-то" значительную роль играют т.н. тоны (см. ранее). Дело в том, что "тональность" иероглифа является как бы его "эмоциональной окраской"...

"Представители народов, пользующихся иероглифической письменностью, при поражении левого полушария сохраняют способность к чтению на родном языке" (А.Рябов, "Нарушение высших психических функций у больных с органическим поражением центральной нервной системы").

"У маленьких детей, когда они овладевают речью, правое полушарие, как уже говорилось, трудится наравне с левым. В этот период оно принимает гораздо большее участие в анализе речи, и звуковые образы слов первоначально хранятся в обоих полушариях. Однако позже левое полушарие полностью узурпирует эти функции, а информация о звуковых образах слов, которой располагает его собрат, оказывается за ненадобностью на самом дне кладовой памяти правого полушария, и разыскать ее здесь нелегко.

Некоторые слова воспринимаются детьми как целостные сигналы, без детального анализа последовательности составляющих их звуков, примерно так же, как словесные команды собаками. Подобные сигналы, неважно, что в данном случае они словесные, это привычный язык правого полушария. В таком виде они только здесь и могут храниться, в левом полушарии эти же слова "записаны" в виде строгой последовательности определенных звуков" (Б.Сергеев, "Ум хорошо...").

Заметим, попутно, что, как показывают многочисленные исследования, логическое (однозначное) сознание является наиболее поздним приобретением человека в его эволюции...

К аналогичным выводам в смежной сфере, впрочем, пришли и лингвисты, что мы можем проиллюстрировать весьма пространной (и, увы, весьма "нудной") следующей цитатой (если я ее возьмусь "переводить на нормальный язык", то, боюсь, будет значительно хуже):

"...американскими лингвистами Чарльзом Ли и Сандрой Томпсон на материале китайского языка обоснована теория, согласно которой существуют как минимум два типа синтаксического строения высказывания: подлежащно-сказуемостное и топико-комментариевое.

Первый тип лежит в основе синтаксической нормы языков типа русского, второй характерен (и признание этого факта лингвистам до сих пор дается нелегко) для языков типа китайского...

Все такие высказывания, а мы утверждаем, что они нормативны для разговорного языка и преобладают в нем, состоят из двух частей, между которыми логически образуется разрыв, пауза, и которые "замещают" предписанные нормой подлежащее и сказуемое. Первая часть называется топиком, это нечто характеризуемое, вторая - комментарием, это характеризующее, а суть высказывания состоит в утверждении второго относительно первого. В отличие от подлежащего и сказуемого топик и комментарий строго фиксированы по позициям (первый обычно начинает или, редко, заканчивает предложение, второй - соответственно наоборот) - они не могут перемешиваться и "блуждать" по предложению. Очень важно, что топик и комментарий "независимы" друг от друга - они не только отделяются логической паузой, но и не требуют согласования форм.

Психолингвистами установлено, что такие "топиковые" структуры более глубинны (=более естественны для человеческого сознания), то есть при построении высказывания на русском языке мысль сначала облекается в топико-комментариевую форму, и только затем, "на выходе" подлежит преобразованию в классическую подлежащную структуру

То есть вполне естественно, что обычные русские собеседники, говорящие в определенной ситуации и с учетом определенного контекста, не нуждаются в достройке своих предложений до подлежащной, то есть до установленной литературной нормы. Им достаточно говорить по-русски, пользуясь "китайской" нормой. Топиковые высказывания в несколько "замаскированном" виде встречаются и в русской классической литературе ("Зима. Крестьянин торжествуя, на дровнях обновляет путь..", "Москва! Как много в этом звуке для сердца русского слилось..", "Квартальный поручик, он высокого роста, так пусть стоит для благоустройства на мосту").

Более того, есть такие слои населения, которые, сами того не подозревая, вообще не пользуются литературной нормой и говорят только "топиками". И вполне могут не пользоваться словами в их обычном понимании. Бинарная, то есть двойная "разорванная" рамка "топик-комментарий" удобна для заполнения и жестами, и выкриками и т.п., которые были бы понятны определенной группе людей в определенной ситуации.

Слова, к которым сводят язык, на самом деле лишь устойчивые, стабилизированные, но не столь тотально обязательные для общения варианты заполнения предикативной ячейки высказывания. В языке первично не слово, а бинарная (двойная) структура, к которой сводимы предложение, мысль, текст.

Говорение начинается с обдумывания текста (протяженность которого не имеет принципиального значения - он может состоять из одного высказывания, которое может состоять из одной словной ячейки, которая может состоять из одной морфемы) как некой исходной мысли, идеи. При необходимости она разворачивается в серию логически связанных мыслей, топиков-комментариев, которые, выходя "наружу", образуют звучащий или написанный текст. Слушающий повторяет этот процесс в обратном порядке, и понимание сводится к расшифровке исходной идеи посылавшегося текста" (В.Курдюмов, "О сущности и норме языка").

Таким образом оказывается, что китайская иероглифическая письменность ближе к "естественной природе" человеческого сознания, чем фонетическая алфавитная письменность западной культуры!.. И более того, выясняется, что не только человеческого сознания:

"Китаец, как человек, может говорить и писать. Дельфин писать не может, нечем. Полное отсутствие письменности. А акустическая система коммуникации (см., например, Яблоков Я.В. "Киты и дельфины") имеется. Т. е. "говорить" может, а писать нет...

Китайцы говорят членораздельным языком, а пишут иероглифами. Дельфин же членораздельным языком не владеет (сколько ни пытались учить - не получилось. См., например, К. Прайор "Несущие ветер"). А из материалов [исследований] следует, что он вполне может владеть викоязыком, т. е. акустическими "иероглифами". Иначе говоря, в отличие от китайца, дельфин "говорит" иероглифами..."

Но механизм образного мышления чрезвычайно важен еще в одной сфере, реальность которой вообще довольно многие ставят под сомнение (автор не ставит!). Речь идет о т.н. телепатии. Сам процесс передачи и восприятия информации при телепатическом контакте (как по описаниям, так и по своим "внешним" проявлениям) осуществляется на основе именно образно-ассоциативного механизма сознания.

Ясно, что в этом случае переход письменности от смыслового базового принципа к фонетическому неизбежно должен был затормозить какое-либо развитие телепатических способностей (или их задатков) у человека, если они у него когда-либо вообще были.

Между прочим, встречается и версия, что до Вавилонского столпотворения в общении людей в какой-то степени участвовала и телепатия (поэтому все понимали друг друга, по некоторым гипотезам - даже животных), а после этого эта способность была "отключена".

Автор не считает, что дело обстояло именно так, но какое-то рациональное зерно в этом, похоже, есть...

Кстати, очень часто уфологи (т.е. те, кто не является пессимистом в вопросе НЛО и инопланетного разума) упоминают о наличии именно телепатического способа в общении инопланетян как между собой, так и с теми людьми, до контакта с которыми они снизошли... Нам не важно в данном случае, что здесь правда, а что вымысел. Важно другое: с учетом вышесказанного можно заключить, что для цивилизации, обладающей телепатическими способностями, именно пиктографо-иероглифическая письменность на смысловой базовой основе является наиболее "логичной" и "естественной"...

Возобновление строительства Вавилонской башни

Но спустимся с гипотетических высот, куда нас случайно (или нет?) занесло логикой изложения, на грешную землю...

Если на протяжении долгих тысячелетий, прошедших со времени "войны богов" (т.е. на протяжении почти всей известной нам т.н. письменной истории) человечество в общем-то не особенно сильно тяготилось языковым многообразием в силу сильной разобщенности народов в разных регионах, то за последние несколько сотен лет ситуация кардинально изменилась. Значительное увеличение численности населения планеты, резкое развитие транспортных технологий в ходе научно-технического прогресса и, как следствие, "сокращение расстояний" между народами разных регионов и т.д. и т.п. (масса факторов) резко увеличили актуальность необходимости обеспечения эффективного механизма коммуникации разноязычных народов. И отсутствие единой понятной всем письменности стало уже проблемой, и проблемой немалой!..

Как известно, попытка искусственно построить некий "единый язык" (но прежде всего - письменность!) на фонетической основе с треском провалилась, несмотря на мощнейшую пропагандистскую поддержку в период эксперимента. И как бы ни возмутились немногочисленные оставшиеся приверженцы языка "эсперанто" данным выводом, это был тупиковый путь...

Но природа не терпит пустоты. Если есть насущная потребность в чем-то, то решение все равно рано или поздно будет найдено. И можно даже сильно не напрягаться, чтобы увидеть зримые проявления стихийно формирующейся новой "единой письменности человечества", которая оказывается... пиктографо-иероглифической!!!

Что представляют собой унифицированные знаки дорожного движения, понятные все водителям в мире, по своей сути?.. Пиктограммы!..

А что присутствует на различного вида ярлыках, "лейблах" и просто прямо на товарах - одежде, бытовой технике, продуктах питания - особенно идущих на экспорт?.. Правильно: опять пиктограммы, понятные большинству потребителей, разговаривающих на разных языках, и понятных без какого-либо специального предварительного обучения!..

Небольшое мимоходное наблюдение: когда на российский рынок в начале последнего периода реформ хлынул поток импортных товаров, поставщики в течение нескольких лет не могли додуматься до одной "мелочи" - прикладывать к товару инструкции на русском языке. Ну и что?.. Бросились мы за словарями или к преподавателям иностранных языков?.. Вовсе нет. Наш человек с помощью "метода научного тыка" и немногих имевшихся на товарах пиктограмм (!!!) вполне успешно обходился и без русскоязычных инструкций.

Другой пример. На заре компьютерной эры все команды "железному ящику" писались преимущественно алфавитным текстом. Но резко возросло количество пользователей, и... тут же появились пиктограммы в разнообразном, но понятном всем виде. Мало-мальски "подкованный" пользователь в любой стране мира знает, что означают рисунки-пиктограммы:

 

- создать документ
- открыть документ
- сохранить (записать) файл
- вырезать (удалить)
- копировать и т.д.

 

Дальше - больше...

"Парадоксально, но мир компьютеров повторил эволюцию семантики в обратном направлении: письменность породила графику.

Рисовать начинали на текстовых дисплеях, где цифровая графика оперировала некоторым набором символов (*, 0, +, /, - ...). Только потом она стала собственно "растровой", утвердив свой алфавит из пикселов одинаковой формы.

Графика векторная исторически свежее растровой. Число ее выразительных элементов сопоставимо с колодой карт Зеннера: отрезки, кривые, овалы, многогранники и их пересечения.

Дальнейшее увеличение количества готовых графических примитивов приводит к появлению "мультивекторной" графики, оперирующей набором пиктограмм (иероглифов) на все случаи жизни. На каком-то этапе перехода количества в качество появились, по сути, орфографические словари в картинках-иероглифах, называемые где "клипартами" и "шаблонами", где "библиотеками элементов" и "трафаретами". Рост армии цифровых рисовальщиков во многом совпадает с развитием именно таких программ".

И так происходит в любой сфере, где требуется обеспечить взаимопонимание, передачу информации и скоординированность действий людей, говорящих на разных языках. Причем процесс начался еще задолго до "бума пиктограмм" последних десятилетий.

Например, в любой стране мира любой знающий нотную грамоту сможет воспроизвести мелодию, написанную задолго до того за многие тысячи километров от его родных мест с помощью крайне небольшого количества значков. Этого количества значков хватает для того, чтобы отобразить все многообразие мелодий и музыкальных произведений!.. И достигается это в том числе за счет небольшого набора правил комбинирования базовых значков друг с другом, в котором легко прослеживаются аналогии, в частности, с той же китайской иероглифической письменностью и с иероглифами Древнего Египта. Простые значки-ноты объединяются в "составные иероглифы" - аккорды; музыкальные ключи (как детерминативы или тона) задают тональность воспроизведения и т.д. и т.п. По самой своей сути нотная грамота - не что иное как высоко развитая иероглифическая письменность!!!

Аналогичную картину (хоть и менее отчетливо) можно наблюдать в сфере научного познания. Особенно в сфере естественных наук, где практически все формулы (понятные всем тем, кто в них вообще разбирается, т.е. знает "формульную грамоту") построены на принципах иероглифической смысловой (!) письменности!!! Даже то, что в этих формулах в качестве "базовых элементов - знаков" широко используются буквы алфавитов, ничуть не меняет иероглифического принципа "формульной письменности".

Например, в китайской письменности есть т.н. простые символы, способные выражать самостоятельный смысл, и символы составные, состоящие из набора простых, отображающего уже иное содержание. Так же дело обстоит и в формульных выражениях. Скажем, в химии:

Н - атом водорода,

+ - в формуле химической реакции означает смешение реагирующих веществ,

а составной знак Н+ обозначает уже ион водорода (или "голый" протон).

В комбинациях с другими знаками Н даст и другие смысловые значения: Не - атом гелия, Нg - атом ртути, а Н2 - уже молекула водорода...

При этом важнейшую (и абсолютно аналогично иероглифической письменности!) роль играет взаимное расположение "простых" символов, которые могут быть нижним и верхним индексом, располагаться спереди, сзади, сверху или снизу другого "простого" или составного символа и т.д. и т.п. Например N2- и N2- - принципиально две разные сущности (однозарядный ион молекулы азота и двухзарядный ион атома азота соответственно).

Как и в иероглифической, так и в "формульной" письменности один и тот же символ может принимать разные значения. Уже упоминавшийся символ - буква "Н" в физике может обозначать высоту или гамильтониан (абсолютно иной смысл, нежели высота). "Ключом" к пониманию конкретного смысла, также как и в иероглифике, может служить сам контекст (т.е. общий вид формулы). Ясно, что в выражении 2Н2 + О2 = 2Н2О под знаком "Н" подразумевается атом водорода, а в выражении E = mgH под тем же знаком имеется в виду уже высота. Любопытно, что как сам общий вид записи, так и "выборка" соседствующих символов в данном случае выполняют ту же роль, что "тона" в китайских иероглифах и детерминативы в древнеегипетской иероглифической письменности.

И так далее и так далее...

Перечисление черт сходства можно еще продолжить, но нам хватит и этого. Дело уже не в деталях... Важна общая тенденция: чем на более передовые рубежи выходит наука, чем сильнее ее развитие, тем сильнее ее потребность в унифицированном "едином языке", а точнее - письменности. И тем сильнее проявляется тенденция стихийно формирующейся этой единой письменности к принципам иероглифического письма на основе смыслового содержания символов.

На пути ко все более высокому знанию (знанию богов!), позволившему нам уже преодолеть земную ограниченность и выйти в космос (добраться до Неба богов!) мы уже давно возобновили строительство Вавилонской башни!!! И похоже, без "языка богов", т.е. без пиктографо-иероглифической письменности нам не обойтись...

Не пора ли от стихийно возобновившегося строительства перейти к более осмысленным и скоординированным действиям строителей?.. А то еще построим невесть что...

* * *

 

Rambler's Top100