Главная страница » Конспекты » Взгляд в прошлое » Древняя Америка: полет во времени и пространстве (Г.Ершова). Часть 4: Мезоамерика (окончание)

…нельзя не поговорить о знаменитой “игре в мяч”. Наиболее детальные подробности этой древней индейской игры содержатся в знаменитом эпосе народа майя-киче “Пополь-Вух”.

все-таки игра к приходу испанцев уже давно вымерла… Об этом свидетельствует также и то, что хронисты присутствовали даже при самых “святых” действах – при жертвоприношениях, а игры так и не видели!..

Как известно, хроника “Пополь-Вух” представляет собой комбинированную версию разновременных мифов, отражающих достаточно позднюю и претерпевшую много изменений религиозно-историческую модель мира гватемальских индейцев киче. Помимо исторических событий, последовательность которых в изложении носит весьма условный характер, этот памятник содержит важные сведения о системе родства и характере родоплеменных связей между киче и их предками. Тема родства является одной из ключевых в повествовании, поскольку книга, собственно, и была записана с целью доказательства индейцам своих исторических и наследственных родовых прав на занимаемые ими земли, с которых в колониальный период самих киче начали активно вытеснять.

Сюжет игры в мяч является как бы ключевым в борьбе героев-близнецов против владык преисподней и восходит, по всей видимости, к чрезвычайно древним племенным соревнованиям-соперничествам, когда один род (фратрия) выяснял отношения с другим, определяя право на главенство. Отголоски подобных реликтов социальных отношений в той или иной форме сохраняются практически у всех народов – достаточно вспомнить кулачные драки “деревня на деревню” у русских.

если же акцентироваться на близнецах и применить мифологическую канву Старого Света, то игру в мяч следует отнести аж к зодиакальной эре Близнецов, т.е. в район VI-IV тысячелетий до н.э.

Близнецы отправляются в Шибальбу – преисподнюю, спускаясь из реального мира вниз по лестнице в ущелье. После всяческих козней владыки преисподней предлагают героям сыграть в мяч. Те соглашаются, но начинаются препирательства по поводу того, чьим мячом следует играть. Забив в кольца по голу каждый своим мячом, команды игру прекратили. Владыки Шибальбы устроили еще целую серию испытаний для близнецов, и в результате одному из них Летучей Мышью была отрезана голова, которая тут же была выставлена над полем для игры в мяч. Второй близнец при помощи животных-союзников подменил ее на черепаху, возродив тем самым брата. Таким образом, тоже с помощью жульничества, близнецы победили владык Шибальбы.

Наиболее ранним свидетельством существования игры в мяч в Мезоамерике являются керамические фигурки из погребений Опеньо XV века до н.э. Примечательно, что композиция воспроизводит группу из пяти мужских и трех женских персонажей. Мужчины являются игроками, на них нет одежды – только соответствующие уборы и протекторы, в руках – нечто вроде лапты. Длинные поджарые тела раскрашены в красный цвет. Изящные женщины возлежат неподалеку, как бы наблюдая за игрой.

значит, в игру играли битой, а не локтями и коленками?..

Богатую пищу для размышлений предоставляет анализ археологических памятников – стадионов для игры в мяч, встречающихся по всей территории Мезоамерики. Стадионы органично вписываются в городскую структуру, занимая в ней отнюдь не случайное место.

на размышления наводит одно только количество этих стадионов!

Даже на периферии мезоамериканской цивилизации (например, на западе Мексики, в штате Найярит, – Теучитлан, Саусильо, Кальдера-де-Лобос) в классический период создавались ритуальные центры, которые воспроизводили архаическую схему представлений о мире. Это круговые сооружения на платформе с пирамидой в центре. По границам основного круга располагались небольшие, также округлые, платформы. Их могло быть восемь или четыре, что указывает на фратриально-родовую структуру общества. Но самое любопытное, что на север от центра уходит дорога, завершающаяся площадкой для игры в мяч и выглядящая как продолжение пути в холодную страну предков.

Естественно, что совершенно особое место стадион для игры в мяч занимал в крупных городах. Сцены из матчей майя изображали в росписях на керамических сосудах. Любопытно, что в этих случаях одним из главных “опознавательных” элементов пейзажа выступают ступени, которые обычно интерпретируются как элементы пирамид или платформ. Если же рассмотреть устройство обычной площадки для игры в мяч, то в первую очередь обращает на себя внимание помещение между ее скошенными боковыми стенами или же в некотором понижении рельефа относительно окружающих построек, так что поле оказывается как бы в окружении ступеней. Эти архитектурные элементы являлись ничем иным, как неким монументальным “знаком” с семантической нагрузкой “пещера, прародина, ущелье”, которых, как известно, в древней прародине было семь.

интересно, а если автора попросить проанализировать ступенчатое расположение зрительных рядов на современных стадионах, она тоже найдет там аналогичную “семантическую нагрузку”???

реальное поле для игры в мяч вовсе не окружено ступеньками, – а скос у боковых частей сооружения действительно имеет место. Предположение: поскольку такой скос удобен для скатывания мяча, игра происходила непосредственно в центральной – горизонтальной части с тем, чтобы до кольца соперника всегда оставалось какое-то расстояние.

Поэтому отнюдь не случайно, что в Тахине (штат Веркарус) было найдено семь полей для игры в мяч, что должно соответствовать “семи оставленным ущельям”, где проживали прапредки. На боковых стенах главного поля сохранились великолепные изображения, иллюстрирующие сцены отправления посланника путем отрезания головы – этот способ жертвоприношения считался, как уже упоминалось, одним из наиболее архаических. Да и сам каучуковый мяч, весом около 4 кг и размером с человеческую голову, символизировал голову.

В крупных городах часто встречается несколько стадионов. Размеры их могут быть разными – от маленьких до очень больших. Но каждый раз эта часть акропольного ансамбля является архитектурным воплощением “нижнего2 мира, или “мира мертвых”, по отношению к пространству живых. Если площадь с пирамидами находится на приподнятой платформе и устремлена вверх, то антимир стадиона уходит на нижние уровни рельефа, как бы проваливаясь вниз.

…стадионы демонстрируют свое противостояние миру живых двояко: с одной стороны, их уровень намеренно занижен относительно вертикальной схемы города, а с другой – он всегда ориентирован на север или на запад относительно зоны жизненной активности, маркируя вход в пространство мертвых.

следуя подобной логике, можно прийти к выводу, например, что современные спортивные соревнования созданы исключительно для “черни”, поскольку стадионы расположены преимущественно вдали от центра (где живет “знать”)… А также, с равным успехом, можно по расположению трибун получить точно такие же выводы, что и автор в отношении индейских полей… И сделать это с таким же умным видом…

Всего в Чичен-Ице было сооружено 13 стадионов. Сама эта цифра (если, конечно, это не случайность) является ключевой в воспроизводстве модели мира майя, выраженной в устройстве зодиакального круга. При этом 12 стадионов имеют достаточно стандартные характеристики, в отличие от называемого “Большого стадиона”, отличающегося своей необычной архитектурой и размерами: прямоугольная площадка, имеющая 146 м в длину, 36 м в ширину, кольца укреплены на высоте 8 м от поверхности.
Большой стадион Чичен-Ицы расположен в северном акрополе, связанном с сенотом дорогой. Как и весь комплекс, стадион ориентирован по оси юг-север, с небольшим отклонением на восток – то есть прямо на “Священный колодец”, благодаря которому Чичен-Ица и считался одним из важнейших культовых центров Юкатана начиная с классической и заканчивая колониальной эпохой. В соответствии с датой, появляющейся на обнаруженном на стадионе алтаре, он был сооружен не позднее 864 года н.э.
Большой стадион Чичен-Ицы с западной и восточной сторон ограничен вертикальными стенами с кольцами посередине, а с юга и севера – специальными постройками. Он окружен четырьмя храмами: Северным и Южным, а также Нижним и Верхним Храмами Ягуаров. Рельефы на стенах стадиона, внутри Нижнего Храма Ягуаров и Северного Храма, а также на алтаре изображают сцены игры в мяч. Примечательно, что среди росписей, помимо основной темы – жертвоприношения, отчетливо прослеживается “реинкарнационная” тематика: знаки “небесный, блистающий”, элементы крови, заменяющиеся семью змеями.

Несколько иной тип стадиона мы видим в Монте-Альбане. Здесь уже на третьем этапе существования города широкое распространение приобретают площадки для ритуальной игры в мяч тлачтли, ориентированные с юга на север.
Поле для игры в мяч в Оахаке напоминает заглавную латинскую букву I. В Дайнсу поле для игры в мяч было ориентировано с востока на запад. Скошенные боковые стены площадки выполнялись иногда в виде ступеней, что прекрасно иллюстрировало идею спуска в преисподнюю по “холодной лестнице”. Но самое впечатляющее – это десятки рельефов, размещенных на выходе скальных пород высоко над городищем. Рельефы изображают головы игроков в мяч в сопровождении знаков имен, что наводит на мысль об увековечении памяти ритуально обезглавленных героев.

по совокупности – вряд ли игра носила именно ритуальные цели. Даже если побежденных приносили в жертву. Например, гладиаторские бои: побежденных (убитых) также можно было бы отнести в разряд жертвоприношений, но мы знаем из письменных источников, что это было не так!!!

Оахакский вариант игры, в отличие от остальной Мезоамерики, изначально не предполагал колец на боковых стенах для забивания мяча. И потому в период постройки стадиона в Монте-Альбане еще не использовались кольца, которые появились только вместе с тольтеками. На северо-восточном и юго-западном углах поля были обнаружены небольшие ниши неизвестного назначения. В центре сохранились остатки круглого каменного диска, через который проходит воображаемая линия, соединяющая эти ниши. По сторонам поля поднимаются ступенчатые платформы с наклонными стенами-лестницами. Наверху располагались четыре храма, от которых сохранились основания и части стен. Последняя перестройка стадиона относится к VI-VIII векам. Тогда же на помосте с восточной стороны были установлены две скульптуры, на одной из которых сохранился фрагмент даты.

Как ни странно, несмотря на обилие археологического материала, точных сведений ни о назначении, ни о правилах мезоамериканской игры в мяч до сих пор не существует. Как известно, игра в мяч носила ритуальный характер. Считается, что по правилам майя классического периода побежденный (или победитель?) приносился в жертву – то есть отправлялся с посланием к богам. Археологи предполагают, что в Оахаке на поле для игры в мяч инсценировалось представление перехода Солнца из одного полушария в другое. С другой стороны, сохранилось предание, согласно которому правивший в столице астеков Теночтитлане Моктесума II якобы проиграл правителю Тескоко, и это стало знамением того, что вновь созданный союз не будет долговечным. Так оно и оказалось.
Известно, что в некоторых случаях мяч нужно было загнать в кольца, расположенные на боковых панелях стадиона. Хотя возможность попадания четырехкилограммовым мячом в кольцо, расположенное на восьмиметровой высоте, кажется сомнительной. Впрочем, в других случаях, как, например в ранние времена Монте-Альбана, таких колец и вовсе не существовало. Правда, точно известно, что касаться мяча можно было лишь бедрами и плечами. Игроки имели специальное защитное снаряжение – протекторы для груди, коленей и локтей, шлемы. В Дайнсу к шлему крепилась еще и защитная сетка.

автор ранее упоминала еще и аналог лапты (т.е. биты!). тогда как ее можно сочетать с “только бедрами и плечами”?..

До настоящего времени эта древняя игра, именуемая “миштекской игрой в мяч”, сохранилась лишь в одном месте – в мексиканском штате Оахака. Игроки гоняют плотный каучуковый мяч диаметром 12 см по длинной и узкой площадке.

тогда почему не реконструированы (хотя бы приблизительно) до сих пор правила игры?.. Может быть лишь потому, что в этом сохранившемся варианте не обнаруживается никакого “ритуального предназначения”, которое придумали для себя археологи и историки?..

…в мезоамериканской археологии подобный объект [“тайник”] считается достаточно типичным. Древние индейцы, начиная с самых ранних времен и вплоть до появления испанцев, регулярно закладывали всевозможные “тайники” – культовые предметы, спрятанные с непонятной для нас целью в укромных ямках.
Одиночные глиняные фигурки, датируемые 2300 годом до н.э., были обнаружены в тайниках Сохапилко в долине Мехико. После 1500 года до н.э. подобные тайники появились повсеместно и в больших количествах; археологи связывают это с развитием оседлых постоянных поселений. Таким образом, появление тайников можно расценивать как желание коллектива закрепить за собой определенную территорию путем создания своеобразного “информационного пространства” – то есть символического или даже магического включения этой территории в собственную модель мира.
Подобный тайник, относящийся к 1500-1000 годам до н.э., был обнаружен в древнем центре сапотеков Сан-Хосе-Моготе. Четыре фигурки были помещены в специальную ямку под полом пристройки или навеса дома. Вместе они представляли собой некую композицию, о смысле которой мы можем только гадать. Три персонажа стояли со сложенными на груди руками (левая поверх правой), чуть приподнятыми головами. Четвертый сидел скрестив ноги и опершись руками на колени. При этом все четверо как бы глядели вверх, а рты были приоткрыты, как если бы они что-то говорили или молились.

…в Ла-Венте был обнаружен так называемый “тайник 4”, датируемый 800-300 годами до н.э. Он располагался к северу от главной пирамиды, посреди двух вытянутых построек, формирующих поле для игры в мяч… В тайнике находились 16 фигурок, которые воплощали глав родов племени, собравшихся на совет у шести нефритовых стел, покрытых иероглифическими знаками. Тонкие вертикальные стелы наподобие странных длинных столбов не имели аналогов среди археологических памятников. В композиции они были выставлены по оси юг-север. Один, явно главный, персонаж был поставлен спиной к столбам, тогда как справа от него, также по оси юг-север, располагались еще четыре фигурки, стоящие друг за другом лицом на север. Остальные 11 выстроились полукругом с западной стороны композиции.

…в конце 90-х годов неожиданно удалось обнаружить аналог странным столбам из тайника Ла-Венты. Причем в довольно далеко расположенном от ольмекских земель месте – в Куикуилко, находящемся в долине Мехико. Куикуилко – это, пожалуй, самая древняя и уникальная пирамида в Мексике. Она была построена в виде раковины-спирали, на которой располагалось сооружение, условно названное алтарем. Судя по количеству обнаруженных сверху, одна над другой, построек, пирамида использовалась в течение чрезвычайно долгого времени, пока извержение вулкана не залило лавой земли вокруг нее и не вытеснило окрестное население.
С южной стороны от пирамиды Куикуилко мексиканский археолог Марио Перес Кампа совсем недавно обнаружил странную стелу, которую до того принимали за небольшой “столб”. Добравшись почти до основания “столба”, оказавшегося четырехметровым, Марио Перес Кампа достиг, по всей видимости, нижнего культурного горизонта, предположительно датируемого по крайней мере 1000 годом до н.э. Но не только величина и дата делают эту стелу уникальной. Она-то и стала единственным аналогом столбов-стел из ольмекского святилища!
Во-первых, сама форма стелы наводила на мысль о граненом базальтовом столбе вулканического происхождения – именно из таких базальтовых столбов сложено культовое погребальное сооружение в Ла-Венте, где найдены останки двух детей. Оно расположено к северу от мозаичного ягуара. Во-вторых, столб из Куикуилко покрыт такими же знаками, как и те, что передают структуру племени на мозаичном изображении ягуара, которое, в свою очередь, расположено на дороге смерти между тайником и погребальным сооружением.

Все в том же штате Табаско, в районе Манати, отмечены случаи захоронения скульптурных человеческих изображений. При этом соблюдался весь обрядовый комплекс человеческих погребений, который реконструируется по косвенным деталям. Вместе с тем, было бы неверно утверждать, что речь идет лишь о погребенных скульптурах, – здесь присутствуют также захоронения людей и животных. Однако основное значение, судя по всему, придается именно имитации погребального обряда. Археологи рассматривают этот центр как место ритуальных подношений.
События происходили в далекие ольмекские времена. Радиоуглеродный анализ, полученный из дерева скульптуры N 2, дает возраст примерно 3300 лет, что приблизительно соответствует 1300 году до н.э.
Район Манати (Табаско) расположен на противоположном от городища Сан-Лоренсо берегу реки Чикито. Археологический комплекс примыкает к подножью холмов, возвышающихся посреди болот и находящихся в непосредственной близости от бьющих из-под земли источников. Памятник уникален еще и тем, что совершенно неожиданно для местных климатических условий, во влажной тропической жаре, сохранились такие материалы, как дерево, веревки и органика. Сначала было найдено три фигуры, затем еще шесть целых скульптур и голова от седьмой.
Две фигуры были захоронены по отдельности. Причем одна из них оказалась зарытой вниз головой прямо у подножия холма.

может быть, все эти “захоронения” скульптур и стел связано с периодом смены господствующей идеологии и гонений на прежние верования?..

…племенное деление было определенным образом связано со сторонами света – приблизительно так, как об этом записано в текстах майя или изображено на пиктографических кодексах науа. Каждой из четырех фратрий соответствовало в географическом пространстве свое направление: юг, север, запад или восток. А каждое из направлений символизировал определенный цвет. Причем у майя, астеков и сапотеков, формально сохранявших четырехчленную племенную структуру, эти цвета распределялись между сторонами света по-разному, и потому предлагать без дополнительных доказательств какую-либо цветовую версию для ольмеков было бы преждевременно.

предусмотрено, кто куда будет расходиться в случае роста населения?..

…достижения древнего человека кажутся нам настолько сложными и даже порой необъяснимыми, что так и хочется приписать их кому-нибудь простому и понятному – богу, инопланетянам, на худой конец, просто дальним продвинутым соседям.
Однако связываться с богом – особенно в той допотопной версии Творца, которую предлагают все традиционные и нетрадиционные конфессии – дело хлопотное. Что касается христианского варианта бога, то индейцы успели до всего дойти и без его помощи. А уж о том, что Христос обладал хоть какой-то информацией о точных или естественных науках, не упоминается ни в одном из евангелий, не говоря уже о более глубоких знаниях – на уровне греков или римлян того времени. Но и те сумели обрести эти знания. Будучи злостными язычниками. Сам Всемогущий любой версии, по всей очевидности, не был силен во многих материях – но особенно в математике. Индийцам и майя пришлось вводить позиционный математический ноль явно без его помощи, поскольку об этих хитростях не было сообщено даже избранным евреям. При этом мудрецы западных Индий исхитрились дойти до этого высшего математического пилотажа еще раньше жителей Индий восточных. Об исламе, совсем уже поздно, в VII веке, вступившем на мировую арену, и вовсе речь не идет, поскольку Аллах сумел выбрать неграмотного Мухаммада именно в тех местах, где арабы успели неплохо развить свою науку и без его присутствия. В восточных религиях, правда, дело с выбором исследовательского метода обстояло не так тоскливо, но о чьей-либо убедительной помощи говорить все же не приходится. В священных текстах содержится все больше социальные обязанности да общественные запреты, зачастую смахивающие на уголовный кодекс.
Складывается впечатление, что божественные отцы великих религий не столько помогали человеку в развитии научных знаний, сколько мешали ему и ставили палки в колеса, стараясь не дать себя познать. А любимыми детьми их были почти исключительно исполнительные психопаты и истерики, которые регулярно получали несложные для воспроизведения откровения и пытались убедить в их правдивости всех остальных. Кто не верил или, еще хуже, хотел слишком много знать, того истребляли всеми доступными способами. Собственно историю религий можно строить по картинкам страшных преследований тех, кто пытался познать Человека, Бога и Вселенную. И назвать эту версию можно “историей мракобесия”, в которую каждая из концессий внесла свою достойную лепту.

Если вы нашли ошибку, пожалуйста, выделите фрагмент текста и нажмите Ctrl+Enter.

Скляров Андрей Юрьевич

Андрей Скляров

Писатель, исследователь, путешественник.
Основатель и лидер проектов "Лаборатория альтернативной истории" и "Запретные темы истории". Подробная информация

Все работы

Добавить комментарий

Такой e-mail уже зарегистрирован. Воспользуйтесь формой входа или введите другой.

Вы ввели некорректные логин или пароль

Sorry that something went wrong, repeat again!

Сообщить об опечатке

Текст, который будет отправлен нашим редакторам: